Что, где, когда и как пьют в саге о Ниро Вулфе. Часть 1 (сок, кофе, чай, пиво)

 

Приведенное ниже интереснейшее и очень глубокое исследование было проведено Алексом, мной лишь были добавлены иллюстрации и ссылки - Chuchundrovich.



Вместо предисловия


"Мы хотим пива!" -
демонстрация в Нью-Джерси, 1932 год
Мы хотим пива

Эпопея о Ниро Вулфе и Арчи Гудвине начинается после отмены в США сухого закона, вступившего в силу в январе 1920 года, а в декабре 1933 отмененного. То есть фактически закон перестал действовать в начале 1934 года. В этом же году вышла и первая книга Рекса Стаута о Ниро Вулфе и Арчи Гудвине, но писалась она, скорее всего, еще на финальной стадии агонии сухого закона. Уже уходили в прошлое американские неологизмы того времени: «муншайнер» (подпольный самогонщик), «бутлегер» (контрабандист, доставлявший в страну алкоголь из-за океана или через канадскую и мексиканскую границы), «спикизи» (бары, где спиртное наливали в чайную чашку или в стакан с соком, а заказ делался тихим голосом по команде speak easy). Но, собственно говоря, в Штатах как пили «до», так и продолжали пить «после» принятия закона, причем все без исключения слои населения. Тем интереснее с познавательной точки зрения проследить на страницах саги сорокалетний период, на протяжении которого Ниро Вулф с Арчи Гудвином и еще несколько основных персонажей многотомника подобно Дункану МакЛауду из культового сериала «Горец», как «бессмертные», проходят сквозь десятилетия, притираясь к все новым реалиям жизни.


Сок, кофе, чай


"Пейте апельсиновый сок из Флориды каждый день!"
Апельсиновый сок

Одним из положительных результатов эксперимента с сухим законом специалисты считают рост потребления населением соков, молока и безалкогольных напитков. На выпуск соков вынужденно перепрофилировались некоторые пивоваренные заводы, благо дешевое сырье для производства соков находилось буквально под боком – в странах Карибского бассейна, а молочное производство получило дальнейший стимул развития за счет внутренних ресурсов. На молоке и соке выросло целое поколение американцев. Традиция уверенно закрепилась и в значительной степени привилась и более старшему поколению. В нашем случае это Арчи (младшее поколение) и Вулф (старшее поколение). Оба начинают день с сока, только Арчи на кухне, а Вулф – у себя в комнате. В «Красной шкатулке» (1937) Арчи сообщает, что утром Фриц, «как обычно, отнес Вулфу в спальню поднос с апельсиновым соком, печеньем и шоколадом». «Как обычно» - это уже обязательный устоявшийся утренний ритуал. В «Завещании» (1940) Арчи перед завтраком пьет апельсиновый сок и тут же, после завтрака две чашки кофе. Чуть позже, уже днем, выдавливает лимонный сок, чтобы приготовить себе лимонад. Обычный лимонад – это сахарный сироп, смешанный с лимонным соком и разбавленный газированной или простой водой. Существует и множество вариаций с добавлением других ингредиентов (мята, имбирь, мохито и т.д.), но все они достаточно просты, чтобы лишний раз не напрягать Фрица и обойтись собственными силами. Тот же набор напитков на завтрак – апельсиновый сок и две чашки кофе в повести «Смерть там еще не побывала» (1944) Арчи приходится пить в закусочной, поскольку шла война, Вулф собрался на европейский фронт воевать с немцами, и у него в «старом особняке на Западной Тридцать пятой улице» установлен режим строжайшей диеты для укрощения (вернее – уменьшения) плоти и введены аскетические порядки. Но милитаристский запал у Вулфа скоро угас, все вернулось на круги своя и уже в повести «Требуется мужчина» (1946) Фриц под наблюдением Вулфа готовит томатный сок.

Без апельсинового сока на завтрак Арчи не обходится и в повести «Повод для убийства» (1950). Апельсиновым соком даже за тюремным завтраком (разумеется, за отдельную плату) угощает Арчи сокамерник в романе «В лучших семействах» (1950). В этом же романе, в момент разоблачения убийцы апельсиновый сок за неимением пива вынужден пить и Вулф. Привычка Вулфа пить перед завтраком апельсиновый сок остается неизменной и в романе «Прочитавшему – смерть» (1951). Чаще стал пить апельсиновый сок и Арчи, в какой-то мере он даже заменил ему молоко – оно в романе встречается значительно реже. А в «Игре в бары» (1952) Арчи уже полностью переходит на апельсиновый сок, про молоко здесь – ни слова.


Чашка кофе - обязательная часть завтрака Арчи
Кофе

В «Не позднее полуночи» (1955), вернувшись к молоку, Арчи продолжает пить и апельсиновый сок. И не только по утрам. Еще в романе «Только через мой труп» (1940) Арчи сообщает, что среди бела дня может зайти в бар и выпить стакан грейпфрутового сока. Традицию утреннего сока в повести «Знают ответ орхидеи» (1956) Арчи поясняет тем, что по утрам, когда у него в голове еще стоит туман, «апельсиновый сок помогает туману рассеяться, ну а после кофе от него не остается и следа». Со временем эти два продукта, сок и молоко, занимают практически равноправные места в рационе Арчи. В романе «Если бы смерть спала» (1957) Арчи начинает потреблять апельсиновый сок более интенсивно. То же происходит и в повести «Окно смерти» (1957). Сок снова ассоциируется у него с символом утреннего пробуждения. Правда, без кофе тут тоже не обходится. Но сначала – сок. Не забывает Арчи про сок и в «Бокале шампанского» (1958), как, впрочем, и про молоко. Чуть позже апельсиновый сок начинает играть в жизни Арчи еще более заметную роль. В романе «Смертельный плагиат» (1959) он снова признается, что утром после «первого кисло-сладкого глотка» туман в его голове начинает рассеиваться, и он просыпается. Этот же стимул для пробуждения нужен ему и в повести «Убийство на родео» (1960), и в романе «Слишком много клиентов» (1960), в повести «Нападение на особняк» (1961), в романе «Гамбит» (1962) и в повести «Кровь скажет» (1964).

В романе «Звонок в дверь» (1965) утренний стакан апельсинового сока, приготовленный Фрицем, уже ждет Арчи в холодильнике, как и в романе «Смерть потаскушки» (1966), а одна из клиенток Вулфа и его временная постоялица предпочитает грейпфрутовый сок. Как говорится, дело вкуса. В романе «Погоня за отцом» (1968), выясняется, что иногда, во время срочного задания, весь завтрак Арчи может состоять только из апельсинового сока. Ну а в последнем романе эпопеи, «Семейное дело» (1975), Арчи, казалось бы, уже основательно увлекшийся крепким алкоголем, не забывает и про ежедневную порцию апельсинового сока (если, конечно, он в очередной раз не оказался в кутузке).

Если кофе встречается в саге очень часто и почти в каждом произведении обязательно присутствует за завтраком, а также после обеда и ужина, то с чаем сложней. Он встречается крайне редко. Кто знает, возможно, такая нелюбовь американцев к чаю является эхом далекого «Бостонского чаепития», когда в 1773 году в знак протеста против налоговой политики Великобритании в отношении чая в Бостонском порту был потоплен груз чая, принадлежавший Ост-Индийской компании, что и послужило одним из катализаторов Войны за независимость США. Но Арчи в чае все же разбирается. Когда в романе «Черная гора» (1954) в Черногории им с Вулфом предлагают чай, Арчи, посмотрев на этот «чай», удивленно спрашивает: «Что это?» Горячим чаем (на этот раз настоящим) отпаивают в кабинете Вулфа очередную клиентку в повести «Кровь скажет» (1964).


Пиво


Пиво Molson: "Попробуй гордость Канады"
Molson

Образ Ниро Вулфа немыслим без пива, тем более интересно проследить на страницах книг о великом сыщике и историю американского пивоварения на протяжении сорока лет после отмены сухого закона в Америке. Из-за этого закона большинство американских пивоваренных заводов закрылось навсегда, а финансовое положение оставшихся было серьезно подорвано. Им удалось остаться в бизнесе, производя лишь некое подобие пива, а также мороженое, сладкую газировку или солодовый экстракт. Когда в марте 1933 года пивоварение снова узаконили, пиву разрешалось иметь максимальную массовую долю спирта, равную всего лишь 3,2%. Даже когда в конце 1933 года разрешили и более крепкое пиво, на пивоварнях продолжали варить легкое и сладкое пиво с меньшим количеством хмеля, возможно, для того, чтобы привлечь потребителей, приученных к сладким напиткам времен сухого закона. Но пива было мало, и его качество не устраивало Вулфа. «Нормальное» пиво все еще нужно было приобретать только у контрабандистов-бутлегеров.

Уже на первой странице «Фер-де-ланс» (1934) Арчи информирует, что Ниро Вулф «решил объявить бойкот контрабандному пиву, которое покупал бочками и хранил в подвале. Если он найдет, что местное пиво не хуже привозного, к которому он привык, то перейдет на него». Даже законопослушный Вулф в годы сухого закона был вынужден пользоваться услугами контрабандистов. Какое же «привозное» или контрабандное пиво мог пить Вулф? Скорее всего – канадское, марок «Молсон», «Лабатт», «Кокани».

А решив вернуться в лоно закона и чтобы выбрать хорошее американское пиво, Вулф отправляет на его поиски своего повара Фрица Бреннера. Тот объезжает не менее десяти лавок и привозит все сорта, которые нашел. Привозит ящиками. Ящиками – потому, что в Штатах издавна существует особая культура и традиции потребления пива. Основная особенность состоит в том, что пиво продается только в специализированных магазинах и в основном покупается ящиками. [Сейчас в США пиво можно купить и в обыкновенном "гастрономе" - в отличие от крепкого алкоголя - но покупают его традиционно упаковками. Chuchundrovich.]

Какое же пиво мог привезти Фриц? Самыми популярными сортами пива в Штатах еще до сухого закона были «Будвайзер» и «Мишлоб» (или «Микелоб»), которое начало выпускаться Адольфусом Бушем (фирма «Анхойзер-Буш») соответственно еще в 1876 и 1896 годах. После отмены сухого закона его производство возобновили, и пиво этих марок вполне могло оказаться на столе Вулфа. В тот раз там могла оказаться и такая марка пива, как «Миллер Хай Лайф» - национальная марка лагера, производимая знаменитой компанией «Миллер бруери» тоже еще до сухого закона. До Нью-Йорка из Калифорнии могла добраться и возрожденная после отмены сухого закона продукция фирмы «Энке». Важных посетителей своего кабинета Вулф угощает лучшими сортами пива, какими – Стаут, к сожалению, не указывает.


"Игристое, вкусное, оригинальное" - пиво Miller High Life
Miller High Life

Но нужно вернуться к Фрицу и привезенному пиву. Продегустировав местные марки пива, Вулф, вероятно, остался доволен и «решил, что шесть кварт пива в день, пожалуй, многовато, и предполагал отныне ограничиться пятью». Нужно уточнить, что американская кварта равна 0,946 литра, поэтому понятно, почему желание ограничиться 4,73 литрами вместо 5,68 литра вызывает «мысленную ухмылку» Арчи Гудвина. Спустя несколько дней, Вулф подтверждает свое намерение: «Я собираюсь теперь пить не более пяти кварт в день. Двенадцать бутылок. В бутылке менее пинты», - уточняет он. Таким образом, американская пивная бутылка вмещала 0,39 литра, что, действительно, меньше пинты (0,47 литра). Далее предоставляем слово Арчи: «С тех пор как Фриц стал приносить ему пиво в бутылках, а не разливное в кувшине, как прежде, у шефа появилась привычка, открыв бутылку, бросать крышки в ящик стола /.../ Теперь я увидел, что ящик наполовину освобожден и вынутые крышки разбросаны по столу. Вулф методично сортировал их по кучкам». Вероятно, бороться с превышением нормы дневного потребления пива Вулфу удавалось плохо и это его беспокоило.

В Штатах в те годы пиво пили все и везде: вечером после театра или кино, по словам Арчи, люди не спешат домой, а ищут, где бы выпить кружку пива – за пару пенсов в баре Неддика или за пару долларов в баре подороже. В этом же романе Арчи угощает «бутербродами, бананами и мороженым с пивом» даже подростков 1.

Прошло три года, но борьба Вулфа с пивом все еще продолжается. В «Красной шкатулке» (1937) Арчи это подтверждает: «Время от времени, когда он перекрывал свою норму, Вулф пускался на детскую хитрость – сразу же выкидывал пустую бутылку в мусорную корзину. Причем если мне случалось оказаться в этот момент в кабинете, то он выжидал, когда я отвернусь».

Еще через некоторое время из уст Вулфа снова звучит как заклятие: «С завтрашнего дня пью не более пяти кварт в день». В пересчете на нашу стандартную тару это будет девять с половиной поллитровых бутылок. Учитывая, что, как в этом же романе утверждает Арчи, Вулф после ужина, на полный желудок, за двадцать минут может прикончить три бутылки пива, результаты впечатляют. Поэтому, когда во время беседы с одним из посетителей, которая длится более двадцати минут, Вулф выпивает три бутылки пива, это уже не удивляет.

Существует довольно устойчивое мнение, что чрезмерное потребление пива ведет к ожирению. Следовательно, «одна седьмая тонны» Вульфа нужно принимать как последствие такого злоупотребления. Понятное дело, эта «седьмая тонны» - всего лишь гипербола, а для неискушенных читателей нужно напомнить, что специалисты свидетельствуют, что любители пива толстеют не от пива, а от закусок. Пиво, как и любой другой алкогольный напиток, вызывает аппетит. Это и приводит к излишней полноте. Хотя те же специалисты утверждают, что те девять с половиной бутылок пива, которые в течение дня выпивал Вулф, в пересчете на чистый спирт соответствуют примерно двум поллитровым бутылкам водки. Но это совсем другая тема... Что же касается того, как Вулф закусывает, то Арчи уже в первом романе уточняет, что иногда, особенно во время вынужденного бездействия, Вулф может «в два присеста покончить с бараньим боком или даже с целым барашком». Типичный завтрак Вулфа Арчи описывает в романе «Только через мой труп» (1940): «Апельсиновый сок, яйца в пережаренном масле, два ломтя копченого окорока, мелко нарезанная жареная картошка, горячие золотистые пышки с черникой и кофейник с дымящимся шоколадом – неплохое начало дня, да?» Вот отсюда и «седьмая тонны».

Но Вулфу простительно. В этом же романе он рассказывает фэбээровцу, как в годы Первой мировой войны, сражаясь с австрийцами, «чуть не умер от голода /.../ был ходячим мертвецом, ведь человек не может жить, питаясь одной сухой травой». Наверное, с тех пор для него стало немыслимым иметь дома в обеденное время посетителей и не накормить их, а «помешать человеку во время еды – будь то мужчина или женщина – неслыханное дело».

Но вернемся к пиву. Этому же фэбээровцу Вулф предлагает «пропустить стаканчик американского пива». Возможно, американское происхождение пива в довольно щекотливой беседе с агентом ФБР имеет определенное значение – демонстрацию патриотизма. Хотя для Вулфа это очень мелко и несвойственно. Скорее всего, это намек на то, что пиво не контрабандное. Американское пиво присутствует и в романе «Снова убивать» (1936), где Вулф спрашивает у Клайверса (английский аристократ американского происхождения):

  • - Хотите пива?
  • - Какое у вас?
  • - Американское. Пить можно.
  • - Попробуем… Никогда раньше не пробовал американского пива. Оказывается, весьма приличное.

В «Красной шкатулке» (1937) можно узнать, какое пиво все-таки предпочитает Вулф. В кои-то веки сыщик сделал исключение и выехал на место преступления – посетил фирму клиента. Арчи, зная пристрастие босса к пиву, сразу же попросил администрацию:

  • - Нельзя ли принести три бутылки холодного светлого пива и стакан? Иначе он загнется.
  • Фрост в удивлении приподнял брови:
  • - Вы с ума сошли.
  • - Сошел... Давайте быстро.

Вулфу принесли «Шрайнер».


Имбирный эль - "Миллионы говорят - самый лучший!"
Имбирный эль

Как известно, Вулф не выносит поездок и чтобы вывести его из истеричного состояния в начале движения поезда в романе «Слишком много поваров» (1938) срочно требуется пиво. Уже после первой бутылки он успокаивается. Компанию ему составляет шеф-повар «Корридоны» из Сан-Ремо Жером Берин.

Молодой дочери Берина, Констанце, очень понравилось американское имбирное пиво, которое у Стаута впервые появляется в этом романе. Это пиво – чисто американское изобретение. Его автором считается американский аптекарь и хирург Томас Кэнтрел, который впервые представил свой напиток в 70-х годах XIX столетия. Имбирное пиво чем-то напоминает наш квас, но немного слаще на вкус. Оно или вообще безалкогольное, или содержание алкоголя в нем не превышает 1,2%. Делают его не на солодовой основе, как обычные сорта пива, а на смеси из лимона, тростникового сахара и имбиря.

В романе «Где Цезарь кровью истекал» (1939) о пиве Вулф вспоминает ближе к середине книги. Это и понятно: сначала автомобильная авария, потом бегство от здоровенного быка, хлопоты на выставке орхидей – Вулфу было явно не до пива. Наконец в гостях у приютившего его Пратта хозяин предложил выпить чего-нибудь крепкого, но Вулф предпочел пиво. А когда он начал расследование убийства, тут уже без пива просто не обойтись. «Будет лучше, если ему принесут еще пива. Скажем, бутылки три и похолоднее», - просит Арчи клиента Осгуда. Немного позже там же, в имении Осгуда, уже поздно вечером происходит нечто странное. Вот что об этом вспоминает Арчи:

  • Я налил себе стакан молока и принялся пить, когда заметил краем глаза, что Вулф смотрит на меня, склонив голову набок. Несколько мгновений спустя он мягко спросил:
  • - Арчи, где ты взял молоко?
  • - В холодильнике.
  • - На кухне?
  • - Да, сэр. Там пять или шесть бутылок. Принести вам одну?
  • - Мог бы сделать это сразу и сэкономить время, - проворчал он, запустил руку в карман, вытащил пригоршню пробок от пивных бутылок, пересчитал их, нахмурился и сказал: - Принеси две.

По-видимому, свою норму пива в тот день Вулф уже перевыполнил и решил перейти на молоко. Да и осгудовские запасы пива он исчерпал.

В «Только через мой труп» (1940) Вулф предлагает пиво инспектору Кремеру. Тот отказывается, но на следующий раз соглашается. «Пить хочется», - поясняет он. В этом романе Вулф угощает пивом почти всех посетителей. Всего лишь один раз этого не происходит, когда он разъярен. «Только тогда я понял, насколько Вулф взбешен, - вспоминает Арчи, - он даже не поинтересовался у присутствующих, не желает ли кто-нибудь отведать вместе с ним пива». Еще один интересный момент в романе: один из богатых, но несостоявшихся клиентов предложил Вулфу гонорар в десять тысяч долларов. Вулф отказывается, а Арчи с сожалением прикидывает, что на эти деньги можно было купить пять тысяч ящиков пива. Следовательно, ящик пива стоил два доллара.

В «Завещании» (1940), находясь в одной из редких «командировок» в апартаментах государственного секретаря штата Джона Данна Вулф и Арчи не изменяют своим привычкам – Арчи требует подать Вулфу пиво, а себе молоко. В повести «С прискорбием извещаем» (1940) Вулф сам пьет пиво, предлагает другим, но практически все отказываются. Только Кремер сначала тоже отказывается, но после короткого размышления соглашается и, осушив бутылку и в очередной раз обидевшись на Вулфа, уходит. А в «Горьком конце» (1940) Вулф пьет пиво много и часто, невзирая на самоограничения. Кто знает, может быть, после такого количества пива в финале повести и появляется шедевр кулинарного искусства – «бекас, зажаренный в бренди».

В декабре 1941 США вступают во Вторую мировую войну, и жизнь в доме Вулфа, как и в самой стране изменяется. В том числе и на алкогольном фронте, что не могло не отразиться на страницах вулфиады. Уже «Черные орхидеи» (1941) у Стаута получились безалкогольными. Правда, сам Вулф продолжает пить пиво и предлагать его клиентам, но те героически отказываются. Арчи как обычно пьет молоко и лишь однажды предлагает посетителю алкоголь. Но и то на выбор – виски или кофе. И посетитель выбирает кофе. Еще большие перемены происходят в повести «Смерть там еще не побывала» (1944). Здесь Арчи – майор военной разведки особого назначения, а Вулф… Вулф вместе с Фрицем собираются на фронт, чтобы «убить свой десяток немцев», что по его твердому убеждению должен сделать каждый американец. К трудностям фронтовой службы он усиленно готовится: занимается быстрой ходьбой, чтобы потом перейти на бег, отказывается от мучного, жирного, сладкого, от возни с орхидеями и – от пива. «Быстрая ходьба» - это, конечно, более активный вид спорта для курса молодого бойца, чем дартс, как в «Снова убивать» (1936), но все же... И только когда после сложных ухищрений Арчи удается убедить его, что он принесет больше пользы, работая на разведку, Вулф соглашается вернуться к обычному образу жизни, и Арчи тут же заказывает ему три ящика пива. В следующей повести «Смертельная ловушка» (1944) Вулф уже освоился в стенах разведывательного ведомства в качестве консультанта и требует для себя пива прямо в кабинете начальника ведомства. В этой же повести, когда Вулфу предлагают взятку в миллион долларов, а он, естественно, отказывается, рачительный Арчи тут же снова подсчитывает, что на эти деньги можно было бы купить «четыре миллиона бутылок лучшего пива». Следовательно, «лучшее пиво» стоит 25 центов за бутылку. Странно. Скорее всего, Арчи вместе со Стаутом (или с переводчиком) ошиблись при делении.


Реклама пива Budweiser
Budweiser

В конце войны в Штатах возникли трудности с некоторыми продуктами, в частности – с мясом. Для Вулфа «стол без мяса равносилен личному оскорблению» настолько, что ради него он в повести «Прежде чем я умру» (1945) вынужден согласиться заняться делом гангстера Дейзи Перрита. Но пиво не исчезло, и Вулф продолжает его потреблять все в тех же количествах. Пиво не исчезло, но подорожало. Этот факт подтверждается в «Умолкнувшем ораторе» (1946), где Вулф возмущается стоимостью пива – доллар за бутылку! Но продолжает его пить и самостоятельно, и вместе с Кремером и то ли поздней ночью, то ли ранним утром угощает компанию посетителей из десяти человек. «Я обнес присутствующих пивом, распрощавшись при этом с тремя бутылками, - с сожалением вспоминает экономный Арчи, - а остальные три поставил перед Вулфом».

В «Слишком много женщин» (1947) Арчи наблюдает, как Вулф пьет пиво: «Вулф открыл новую бутылку, наполнил бокал, подождал, пока пена не осела ровно на дюйм ниже края бокала, и начал пить». Как выясняется, Вулф уверен, что «пивная пена хорошо действует на печень». Зря млекоед Арчи со скепсисом относится к наблюдениям Вулфа за пивной пеной. Ведь пена - визитная карточка пива. По ней можно определить качество напитка. Если пена жидкая, с большим количеством пузырьков, рыжая, невзрачная на вид, то это пиво - не первосортное, значит – Вулф его пить не станет. А вот если пена компактна и монолитна, без пузырьков и совершенно белая – это пиво хорошего качества. Кроме того, отличное пиво в бокале должно иметь высоту пены не менее 4 см и сохранять ее не менее 4 мин. Если пена ниже или исчезает бесследно за меньший промежуток времени, значит, оно... Ну, не совсем «отличное». Вот почему Вулф за пеной и наблюдает. Хорошо, что еще и не дует, хотя, слегка подув на пену, тоже можно определить качество пива. Если пена исчезает – значит, пиво плохое, если она «загибается» - значит хорошее. Можно еще положить на слой пены монетку. Если не утонет – пиво хорошее. Понятно, что Вулф, привыкший подписывать чеки, монеток под рукой не держит. Хотя, если бы хотел, мог бы воспользоваться пробками, которые он, скорее всего, продолжает прятать в ящике стола.

В повести «Вместо улики» (1947) инспектор Кремер от предложенного Вулфом пива стоически отказывается. Здесь же приводится норма для Вулфа «вечернего пива» - три бутылки. В следующей повести, «Одна пуля – для одного» (1948), кроме Вулфа (пиво) и Арчи (молоко) уже никто ничего вообще не пьет.

В романе «И быть подлецом» (1948) Вулф продолжает пить пиво и опять хлебосольно угощает посетителей. Некоторые соглашаются, другие предпочитают вино. Снова пьет пиво и Кремер, причем, попав в затруднительное положение в связи с расследованием загадочных убийств, не ограничивается как раньше одним стаканом или бутылкой. К тому же, пиво и более крепкое спиртное в этом романе в кабинете Вулфа пьют в любое время дня и ночи, хотя в этом же романе Арчи утверждает, что «Вулф редко пьет пиво до обеда». Но уже через несколько страниц Вулф, спустившись из оранжереи, - обычно утреннее «свидание с орхидеями» он заканчивает в одиннадцать часов, задолго до обеда – нажимает кнопку на столе: сигнал для того, чтобы Фриц принес пиво. Так было раньше, так будет и позже. Поэтому Арчи, скорее всего, просто лукавит. Интересен еще один факт из этого романа: гурман Вулф готов пить пиво даже после того, как за ужином пил красное вино, а потом редчайший коньяк и кофе. Но его гость Майклз оказывается еще большим гурманом – вместо пива он просит еще стаканчик коньяка. Правда, после такой смеси (почти русский «ерш») с непозволительным понижением градусов, по словам Арчи, прощаясь с гостем, «Вулф настолько подвыпил, что даже поднялся попрощаться, и я не увидел на его лице привычного сомнения, когда Майклз протянул ему руку. Вулф по-приятельски пожал ее». После этого в том же 1948 году в «Пистолете с крыльями» Вулф вообще обходится без пива, и вспоминает о нем только в «Деле о скрученном шарфе» (1949) и то в самом конце повести.

Но во «Втором признании» (1949) Вулф, даже находясь в гостях у Сперлингов при опросе свидетелей, проводимом окружным прокурором, уже снова требуется пиво. Ну, а у себя дома он угощает пивом и своего приятеля доктора Волмера, и одного из своих сотрудников Фреда Даркина. Причем, Фред, считающий пиво помоями и предпочитающий неразбавленный виски, вынужден пить пиво, потому что, по наблюдениям Арчи, «почему-то считал, что обидит Вулфа, если на предложение выпить пива попросит виски». Только один раз упоминается пиво и в повести «Повод для убийства» (1950) и то как-то ненароком: Вулф, очнувшись от своих мыслей, замечает на столе недопитый бокал и выпивает его.


Банка пива Krueger
Krueger

Пиво перед смертью в повести «Дверь к смерти» (1950) пьет и Дини Лауэр сначала на свидании с Энди Красицким, потом в компании с Дональдом Питкерном, который и подсыпает в ее пиво морфий. Метаморфозы с пивом происходят и в кабинете Вулфа. Теперь он то ли пробует, то ли переходит на баночное пиво. По крайней мере, в конце повести, сидя за столом, он открывает «одну из пивных банок, принесенных Фрицем». Баночное пиво пытались производить еще в начале XX века, но в связи с сухим законом производство прекратилось. После отмены сухого закона его начали выпускать в1933 году на небольшой пивоварне в крупнейшем городе штата Нью-Джерси, Ньюарке, неподалеку от Нью-Йорка в количестве двух тысяч банок под маркой «Крюгер», но в продаже это пиво впервые появилось лишь 24 января 1935 года. Первоначально банка открывалась примитивно – как обычная современная консервная банка. Кроме того, сами банки изготовлялись из стали, и пиво в них быстро портилось, а открыть такую банку было не просто. Скорее всего, гурмана и консерватора Вулфа это могло шокировать. Потом производители баночного пива нашли решение в виде специального ножа, а после Второй мировой войны металл стал более тонким. С ним уже мог справиться и Вулф. Но все-таки баночное пиво Вулфу не понравилось: в романе «В лучших семействах» (1950) он возвращается к бутылочному пиву, причем использует «золотую открывалку, которую преподнес ему благодарный клиент». В романе Стаут уготовил домоседу Вулфу незавидную участь, связанную с перемещениями по стране и перевоплощением в совершенно противоположный образ. Поэтому пиво здесь упоминается крайне редко. Зато появляется пинта (0,47 литра) эля, которой Арчи в забегаловке запивает сандвич. Эль – слабоалкогольное (2-3 %) традиционное английское пиво, отдельные сорта которого, как и имбирное пиво, тоже напоминают русский квас. Ниро Вулф не изменяет пиву и в романе «Прочитавшему – смерть» (1951). Здесь появляется интересный нюанс того, как происходит процесс пития. Нужно процитировать Арчи: «Он поставил бутылку на стол, подождал, пока пена осядет настолько, чтобы из наклоненного под углом стакана одновременно полилось пиво, а губы намочило пеной… Он любил, чтобы пена обсохла на губах». Таким же образом Вулф пьет пиво (подождав, пока немного осядет пена) и в «Игре в бары» (1952). В этом же романе Арчи, обедая в закусочной, как и в романе «В лучших семействах», пьет эль. Двойной. Раньше это были два стакана молока. В «Убийстве полицейского» (1952) уточняется разовая порция пива для Вулфа – все те же три бутылки. Здесь же Вулф почему-то изменяет традиции ждать, пока пена в стакане осядет: «Вулф приподнял стакан, над которым шапкой поднималась пена, и поднес его ко рту». Зато Кремер, который на этот раз сам просит «стаканчик пива», ждет, пока пена осядет «до приемлемого уровня». А, может быть, Вулф, поднеся стакан ко рту, дунул на пену, проверяя качество напитка? И вообще, в этой повести пьют только пиво. В другой повести, вышедшей в том же году, «Не рой другому яму» (1952), ритуал принятия пива Вулфу портит пьяная посетительница – разбушевавшись, она выплескивает ему в стакан с пивом виски и предлагает «попробовать ерша».

В «Золотых пауках» (1953) Вулф угощает пивом Орри и Арчи. Орри соглашается, Арчи отказывается. А в «Черной горе» (1954) Арчи даже в самолете находит Вулфу пару бутылок пива – чтобы успокоить нервы шефа, который панически боится всевозможных средств передвижения. Вулф пьет пиво и в повести «Это вас не убьет» (1954). Пьет тоже в необычной для себя ситуации – на стадионе после бейсбольного матча, расследуя убийство одного из игроков. Кроме него никто ничего выпить не успевает – повесть короткая.

Как видно со слов Арчи в «Не позднее полуночи» (1955), Вулф в очередной раз возобновил борьбу если не за трезвый образ жизни, то за сокращение потребления пива. Арчи: «Я /.../ увидел в дверях Фрица с подносом в руках. На подносе было пиво. - Исключено, - сказал я твердо. - Унеси это назад, Фриц… Позволю себе напомнить, что не далее как девятнадцатого января сего года в три часа двадцать семь минут пополудни вы изволили сделать заявление, что, если вам когда-нибудь вздумается заказать пиво до обеда, я вправе отменить это, невзирая на ваши протесты, если таковые последуют». Тот же Арчи чуть дальше по тексту уже сам предлагает Вулфу: «До обеда осталось двадцать минут. Может, пива? Сейчас я готов сделать исключение». Пивом в этом романе в очередной раз угощают Кремера – значит, в тот момент между сыщиком и полицейским инспектором царит мир или, по крайней мере, установилось перемирие. В романе снова появляется баночное пиво. Но только на выставке в компании «ЛБА». На столе Вулфа оно не прижилось – оно все еще выпускалось в жестяных банках, которые приходилось открывать как обычные консервы, а это напряжно. В повести «Без улик» (1954) Вулф угощает пивом даже полицейского стенографиста. В повести «Не позднее полуночи» (1955) пиво не упоминается, но это не значит, что Вулф охладел к нему. Уже в следующем году в повести «Знают ответ орхидеи» (1956) он продолжает его пить. Но все же самоограничение сработало – Вулф старается растягивать удовольствие: просит Фрица принести сначала две бутылки, а позже еще одну. В этой повести вновь возникает баночное пиво. Именно такое пиво предлагает Сол Арчи в кабинете Вулфа. Значит, в закромах «старого кирпичного особняка на Тридцать пятой Западной улице» оно все же имеется, но сам Вулф «жестянками» продолжает пренебрегать. Снова от пива не отказывается и Кремер, а вот адвокат Фрейер отказывается. В повести «Всех, кроме пса – в полицию» (1956) никто ничего во главе с Вулфом не пьет. Так случилось, что в следующей повести «Последний свидетель» (1956) Вулф в дороге приходится довольствоваться «несколькими жестянками эля», причем выпил он их «с завидным аппетитом». Вынужден Вулф пить пиво из «жестянок» и в гостях у менее требовательного Сола в повести «Слишком много сыщиков» (1957), которая традиционно датируется 1957 годом, но действия происходят в 1956 году («в апреле прошлого, тысяча девятьсот пятьдесят пятого года...» - говорит полномочный заместитель госсекретаря штата Альюерт Хайетт). Здесь Вулф вообще попал в затруднительную ситуацию и на время забывает о пиве. Не пьет его даже за ужином в гостиничном номере. Зато потом, когда собирает своих коллег и Арчи предлагает всем выпить, он заказывает себе две бутылки пива.


Еще Budweiser
Budweiser

Какое-то разнообразие в пивную тему Арчи вносит в романе «Если бы смерть спала» (1957). Здесь Фриц приносит в кабинет пиво не по условному сигналу звонка (один короткий и два длинных), а после звонка по телефону. В повести «Иммунитет к убийству» (1957) Вулф, находясь в гостях, ужинает в своей комнате. Чем бог послал. Бог послал, разумеется, и пиво. А еще – черничное варенье. Слово – Арчи: «Наш ужин в комнате у Вулфа прошел нормально, если не считать того, что он запивал его пивом, что, по его словам, вызвало у него раздражение вкусовых пупырышков и он не сумел оценить черничный джем по достоинству. Я же пил молоко, поэтому мои пупырышки пропустили джем, не пикнув». Вообще-то запивать джем пивом – это, наверное, верх снобизма.

Вулф пьет пиво в повести «Ловушка для убийцы» (1958). Даже на рождественские праздники, когда во всем мире положено пить шампанское, Вулф не изменяет своему пристрастию к пиву. В повести «Рождественская вечеринка» (1958) он пьет только его, а в повести «Праздничный пикник» (1958) Вулф, снова пересчитав пивные пробки, скопившиеся за неделю в ящике стола, просит Фрица принести пива, но не пьет его – наверное, тренирует волю. Но, как видим, с переменным успехом. В «Бокале шампанского» (1958) Вулф опять угощает пивом Фреда Даркина, и тот опять из уважения к Вулфу не отказывается, хотя, как мы помним, предпочел бы виски. Естественно, Вулф продолжает пить пиво и в романе «Смертельный плагиат» (1959). Кремер тоже. Правда, сначала он от него отказывается, а потом, придя к Вулфу, сам предлагает угостить его стаканчиком пива. В этом же романе в теме пива возникает нестандартная ситуация: попав в своем трудовом процессе в затруднительное положение, Вулф отказывается пить пиво и есть мясо, пока не раскроет преступление. Ну, а в повести «Третий способ» (1960) из героев пьет только Вулф. И, естественно, только пиво.

И все же Вулф продолжает бороться со своим пристрастием. В романе «Слишком много клиентов» (1960) по условному звонку на кухню (на этот раз длинный и короткий) Фриц приносит ему только одну бутылку. А в «Окончательном решении» (1961) выясняется, что у Вулфа есть любимый сорт пива. Мы помним, что раньше это был «Шрайер», а какой на этот раз, Арчи не уточняет, хотя обычно пивные запасы Вулфа состоят из нескольких сортов. Вулф продолжает подсчитывать пивные пробки, «чтобы определить, насколько он превысил недельную квоту пива». В романе есть еще один новый нюанс, относящийся к пиву. Теперь Вулф, налив пиво в стакан, опять, как и раньше, ждет, пока осядет пена. То же самое происходит в повести «Роковые деньги» (1962), новизна заключается только в том, что пиво из кухни ему приносит Арчи – одну бутылку. В повести «Нападение на особняк» (1961) Арчи описывает типичную картину повседневного быта в особняке Вулфа, когда великий сыщик бездействует: «После обеда Теодор принес из оранжереи свежие записи по условиям выращивания и размножения орхидей, и мы занялись картотекой; Вулф читал книгу и лакал пиво». «Лакать» пиво и медитировать на оседающей пене он продолжает и позже. Арчи не скрывает своего отрицательного отношения к этому увлечению шефа: несколькими страницами позже он, рассчитывая задержаться в городе, пишет: «Вулф уже спустился из оранжереи, а пиво покажется ему вкуснее, если я позвоню и сообщу, что задерживаюсь». Но периодически Вулф продолжает заниматься самоконтролем. Еще одна типичная картина: «Вулф сидел за столом и подсчитывал пивные пробки, которые неделю накапливал в ящике. Обычный ритуал по вторникам – подсчет недельного потребления хмельного зелья /.../ Он сгруппировал пробки в ряды по десять штук, подытожил сумму, нахмурился и пробормотал: - Ничего не понимаю».

И еще одна подробность самоограничения Вулфа: «Обычно пивное время заканчивается у него в десять», - сообщает Арчи. Но исключения случаются довольно часто. Сражение Вулфа с пивом продолжается и в романе «Гамбит» (1962). И Арчи строго следит за правилами поединка. Это – «одна из моих двух миллионов функций», - поясняет он. Теперь Вулф «не принимается за пиво раньше чем через час после обеда». Снова изменился сигнал на кухню. Теперь это два коротких звонка и один длинный. В тот момент сигнал подан значительно раньше, но Арчи разрешает нарушить режим – расследуя преступление, Вулф зашел в тупик. «Он перебирается в пещеру, и я с ним за компанию. Это прощальная попойка», - поясняет Арчи Фрицу. И тут – неслыханное дело – Вулф героически отказывается от принесенного пива. Но, завершив дело, Вулф перед пивом уже устоять не может. В романе «Погоня за матерью» (1963) Вулф пьет пиво уже без всяких нюансов. Даже скрываясь от полиции в квартире Люси Вэлдон, Арчи не забывает запастись в магазине пивом для Вулфа. Но Вулф совершенно не замечен в употреблении пива в повести «Кровь скажет» (1964). Хотя пиво здесь все-таки присутствует. Вулф предлагает его Кремеру, но тот отказывается. На столе Вулфа в повести «Убей сейчас – заплатишь позже» (1964) пиво появляется только один раз и в количестве всего одной бутылки – на лицо явное стремление к умеренности. А на протяжении следующей повести «Роковые початки» (1964) на столе Вулфа упоминается только стакан пива. Да и роман «Звонок в дверь» (1965) не оставляет сомнения: Вулф все же сократил свою ежедневную порцию. Здесь несколько раз упоминается только об одной бутылке пива. В романе «Смерть потаскушки» (1966) Арчи объясняет причину такого вулфовского самоограничение по будням: теперь «воскресенье считается его основным пивным днем». А в «Погоне за отцом» (1968), в котором Вулф продолжает «бороться» с пивом, Арчи сообщает, что таинственная «золотая открывалка» подарена в свое время Вулфу его другом владельцем ресторана «Рустерман» Марко Вукчичем. Условный сигнал Фрицу не изменился – два коротких звонка и один длинный. Вулф все так же ожидает, пока пена в бокале не осядет до нужного уровня, и настолько натренировался в этом ответственном процессе, что делает это даже с закрытыми глазами. Арчи продолжает контролировать взаимоотношения Вулфа с пивом. Когда Вулф после позднего визита посетителя собирается выпить пиво, Арчи говорит: «Вы и так уже превысили свою норму на две бутылки, а сейчас уже два часа ночи». Сам Арчи по дороге из поместья Сайруса М. Джаррета в Нью-Йорк тоже не отказывает себе в кружке пива. В романе «Смерть хлыща» (1969) Вулф в очередной раз оказывается в непривычных для себя бытовых условиях – в далекой Монтане на ранчо подруги Арчи Лили Роуэн. Естественно, и местное пиво здесь тоже ему незнакомо. Вот как процесс его дегустации описывает Арчи: «Я поставил поднос на стол в пределах досягаемости Вулфа. Он тут же схватил бутылку, придирчиво осмотрел этикетку – «Горная пивоварня Батте», – откупорил и налил пиво в стакан. - Оно вполне приличное, - сказал я. – Здесь есть и другой сорт, в который, по-моему, добавляют медь. Вулф пропустил мое замечание мимо ушей. Подождав, пока пена осядет до нужного уровня, он пригубил пиво, скорчил гримасу, одним глотком осушил стакан и облизал губы».


И еще Miller
Miller High Life

Не следует искать сведения об этой пивоварне: она – плод авторской фантазии то ли Арчи, то ли Стаута. Тем более, что это провинциальное пиво явно не удовлетворило изысканный вкус Вулфа, но когда Арчи возвращается с подходящим для Вулфа креслом, бутылка уже опустела. Правда, от еще одной бутылки Вулф отказался. А потом Вулф оказывается в еще более экстремальных условиях на пикнике на берегу ручья все на том же ранчо. И на фоне дикой природы он опорожняет «три жестянки» пива. «Жестянки» - это уже условно. Пиво в алюминиевых банках появилось еще в 1958 году. Но – на Гавайях, которые от Нью-Йорка расположены еще дальше, чем Монтана. А подлинная «пивная революция» произошла в 1962 году. Именно тогда упаковочная фирма «Aлкоа» и пивоваренная компания «Питсбург Брюинг Компании» начали производство пива в алюминиевых банках со столь привычной ныне клапанной открывалкой. Вероятно, эти «жестянки» Арчи и имеет в виду. А еще через несколько страниц Вулф, уже как бывалый путешественник, охлаждает пивные банки в ручье. Зная пристрастие знаменитого сыщика к пиву, его угощают этим напитком и во «дворце культуры» провинциального городка Лейм-Хорс, что по соседству с ранчо Лили Роуэн. На этот раз более привычным Вулфу – бутылочным.

Бутылочное пиво снова фигурирует в следующем романе «Пожалуйста, избавьте от греха» (1973). Его, естественно, пьет Вулф, причем, постоянно строго следит за уровнем пены в стакане. Не отказывается от пива и инспектор Кремер, когда в благодушном настроении приходит к Вулфу. Но, в очередной раз обидевшись на Вулфа, не допивает и, уходя, в сердцах беспардонно втыкает в стакан с пивом свою сигару. Правда – в свой стакан. Ему не пить хотелось, а поговорить, но – не получилось. В финале этого романа (предпоследнего в вулфиаде) Ниро допускает промашку с пивом. Он открывает очередную бутылку, а потом вдруг вспоминает, что окончание очередного дела он вместе со своей командой решил отметить шампанским. Возраст, однако, проблемы с памятью… Но бутылка уже откупорена. О решении этой проблемы сообщает Арчи: «Он вызвал для консультации Фрица, и они пришли к заключению, что будет интересно приготовить угря в выдохшемся пиве». Действительно, не пропадать же добру.

В последнем романе эпопеи, «Семейное дело» (1975) Вулфа, скорее всего, снова начинает беспокоить количество потребляемого пива: неожиданно войдя в кабинет, Арчи застает его за подсчетом пивных крышек. Приходится пить пиво и Арчи с Солом во время обыска в квартире семейства Дакосов. Служанка, наслышанная о страсти Вулфа к пиву, считает, что и его подручные тоже такие же любители пива. Однако, она ошибается. Пиво в семидесяти четырех произведениях Стаута о Вулфе упоминается в пятидесяти пяти. И подавляющее количество выпитых декалитров (баррелей или галлонов на американский лад) приходится, естественно, на долю Вулфа. Все остальные по сравнению с ним – детский сад, вторая группа 2.



1. turtle_t уточняет, что все-таки Арчи детей алкогольными напитками не угощал. В оригинале он поил их root beer, "корневым пивом" - очень популярной в Штатах сладкой газировкой со специфическим привкусом.

2. Как абсолютно точно было подмечено rymarnica, в "Фер-де-Ланс" упоминается еще один сорт пива, который пьет Ниро Вульф - Remmers - Chuchundrovich.


Пиво Remmers на съемках сериала "Загадки Ниро Вульфа"
Remmers


Что, где, когда и как пьют в саге о Ниро Вулфе. Часть 2 (молоко, вино)

Что, где, когда и как пьют в саге о Ниро Вулфе. Часть 3 (крепкий алкоголь и коктейли)

 
© 2009-2014 nerowolfe.info Связаться с нами